«Игра в шахматы – это озеро, в котором комар
может плавать, а слон утонет».
Индийская пословица

 Арабы начали играть в игру «шатрандж» не раньше, чем завоевали Персию, Центральную Азию и Северную Африку. В литературе описание игры появилось в VIII веке. Шахматы упо­минались в легендах, стихах и в устной речи. Были написаны многочисленные книги об этой игре, которые можно считать первыми научными трактатами. В них много внимания уделялось сходству шах­мат с математикой. От этой эпохи  до нас дошли первые письменные  упоминания о соревнованиях, турнирах и имена профессиональных игроков.

Самые первые, признан­ные мастера игры в шахматы были уроженцами Ближнего Востока и Средней Азии: аль-Адли (? — около 850), ар-Рази (?-850),   и ас-Сули (?—946).    Аль-Адли опубликовал трактат, в котором изложил свою систему ведения игры, описал мно­жество различных стратегий, использовавшихся в то время, а также предложил свои варианты выхода из трудных положений, ставивших в тупик его многочисленных пред­шественников. В 847 году он потер­пел поражение в поединке с ар-Рази, который служил при дворе халифа аль-Мутаваккиля. Ар-Рази считался величайшим шахматис­том своего времени. Он написал книгу «Элегантность в шахматах». Арабские авторы в сочинениях этого периода не только восхваля­ли красоту шахмат, они рекомен­довали игру в качестве воспита­тельного средства для развития логического мышления. Они также высказывали мнение, что с помо­щью шахмат можно научиться предвидеть будущее, укрепить дру­жеские отношения и избавиться от одиночества. 

Игра в шахматы поль­зовалась большой популярностью у представителей всех обществен­ных сословий: даже халифы при­нимали в ней участие и проявляли великую щедрость к мастерам, осыпая их золотом и драгоценностями. Слава ас-Сули была настолько велика, что впоследствии ему былоприписано изобретение шахмат. Даже триста лет спустя для мастера считалось великой честью сравнение его игры с игрой ас-Сули.

Само собой, поражение халифа за шахматной доской было небезопасно для победителя; не менее скованно было играть с правителем в поддавки. Царский гнев мог обрушиться также и на незадачливого шахматиста. Обычно халифы были только зрителями и наслаждались игрой своих любимцев, однако проигравший фаворит мгновенно лишиться господской милости. Когда аль-Масварди проиграл ас-Сули. халиф велел передать ему: «Твоя розовая вода превратилась в мочу». В шахматы играли не только арабские халифы и их сыновья, но также и принцессы. Приличия не запрещу женщинам играть в шахматы. Множество стихов повествуют, как шахматисты проигрывали партии, заглядевшись на прекрасную соперницу. Зачастую шахматы становились любовной игрой, наполненной  множеством  волнующих нюансов.

Знаменитый халиф Гарун аль-Рашид потерпел поражение своей сестры и от хитроумного визиря. Дух, царивший в арабском шахматном мире, прекрасно иллюстрируется легендой о принцессе Диларам, любимой жене великого визиря Мурвади. Он, хоть и был страстным поклонником шахмат, не отличался особой остротой ума. Он проиграл целое состояние, затем лишился всего недвижимого имущества и, наконец, поставил на кон саму Диларам. В тревоге следи­ла Диларам за тем, как все хуже и хуже шла игра у ее супруга, пока он почти не признал своего пораже­ния. Вдруг прозорливая принцесса увидела комбинацию ходов, кото­рая привела бы ее супруга к победе и спасла ее честь. Отчаявшийся ве­ликий визирь, уже готовый сдаться, услышал ее шепот: «Не отдавай Ди­ларам, отдай обе ладьи!» Мурвади последовал ее совету: он пошел первой ладьей на h 8. Когда черный король взял эту ладью, Мурвади по­лучил возможность пойти слоном с h 3 на f 5, открывая вторую ладью на h 1. Зажатый двумя белыми пешка­ми на седьмой горизонтали, чер­ный король имел единственную возможность — вернуться на g 8. Тогда у Мурвади не осталось друго­го выхода, как пожертвовать ладью на h 8. Слон контролировал h 7, по­этому визирь мог пойти пешкой на g 6 и объявить шах черному коро­лю, который поспешно вернулся на g 8. Следившие за игрой подумали, что белые оказались в худшем по­ложении, нежели раньше: они по­теряли обе ладьи, в то время как черные сохранили свою позицию. И, тем не менее, если раньше вели­кому визирю угрожал мат, теперь Мурвади сам сумел завершить игру победой. Он пошел конем на h 6с угрозой мата, и этот ход нельзя бы­ло отразить.

Мат арабской принцессы Диларам описан в прекрасной легенде о жертве ладей (рухов). Слон может пойти на два поля вперед и объявить шах. Белые выдвигают ладью на b 8, ее берет король черных. Слон идет b 3—f 5 с угрозой шаха, король тступает на g 8; вторая ладья жертвуется на b 8, король черных снова атакует, на что пешка белых отвечает g 6—g 7 и объявляет шах. Король идет на g 8, конь делает ход на b 6. Мат.

Арабские шахматы требовали тонкого понимания позиции и хо­рошо разработанной стратегии, ве­дущей к мату. К этому времени шахматы стали той самой игрой, которую впоследствии позаимст­вовала Европа. Отличия были, в основном, лишь в допустимых и не­допустимых ходах, в названиях фи­гур и в их расположении перед на­чалом игры. Для убыстрения игры придумывались специальные пози­ции — табии, в которых основные фигуры обеих сторон уже были вы­ведены. Русскими шахматистами термин «табия» используется и сей­час. Арабские шахматисты были также знакомы с игрой вслепую, игрокам присуждались звания в зависимости от достижений. Были в высшей степени популярны мансубы — шахматные задачи. Им было посвящено огромное количество литературы, дошедшей до нас.

Арабские игроки часто перед началом  игры выводили свои фигуры навстречу фигурам противника (такие полиции назывались табиями). Эта практика имела решающее влияние на характер партии. Некоторые исходные полиции вели к решительной игре наступательного типа и к спору за определенные позиции.